1917 год никуда от нас не ушел. Потому что существующая в постсоветской России система – очевидный правопреемник советско-большевистского периода. Современный уклад российской жизни во многом устроен по тем же принципам и до сих пор пропитан его духом.

Вместо построенного коммунизма в 1980-ом, «советский проект» бесславно покончил собой в 1991-ом. Но разве не по-большевистски были проведены ельцинские реформы (в результате которых, между прочим, в видных капиталистов легко перевоплотились верные комсомольцы и «красные директора»)? И разве не по-большевистски выстроила свои отношения с обществом элита, пришедшая во власть в начале 2000-ых? Она так же считает, что люди не имеют права ни на выбор, ни на мнение, ни на собственность.

Попытка избежать внятных оценок событий 1917 года (которые были ничем иным как госпереворотом, незаконным свержением власти), а также гражданской войны и большого террора, мне кажутся трусливыми и лицемерными.

Официальный аргумент о необходимости «национального применения» звучит вопиющие неубедительно. Кто сегодня думает о применении, разделяя страну на «настоящих патриотов» и «нацпредателей» потоками госпропаганды?

Да и с кем примериться? С палачами?

Не менее лицемерными мне кажутся разговоры о сохе с атомной бомбой и Великой Отечественной войне — когда они звучат в государстве, которое находит миллиарды на бессмысленную авантюру в Сирии и кормит десятки приближенных олигархов, но никак не в силах найти и перезахоронить воинов Великой Отечественной.

Октябрьской революции, как и всему 100-летнему периоду нашей истории, должна быть дана ясная, честная, открытая оценка – на общественном, правовом, наконец, государственно-политическом уровне. Пока мы не признаем, что захват власти и убийство сотен тысяч собственных граждан без суда и следствия – это терроризм, страна и дальше будет жить по формуле «лес рубят – щепки летят».

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here