Конгресс национального сирийского диалога прошел в Сочи.

В межсирийском форуме принияли участие около 1600 делегатов. В том числе представители правительства Сирии, внутренней и внешней оппозиции, старейшины племен и представители различных групп.

Дана Нуржан, корреспондент:

— Конгресс в Сочи начался с задержки в 2,5 часа. Она была связана с ожиданием некоторых участников, заявили в российском МИДе. Цель этой встречи, о проведении которой страны-гаранты договорились в Астане – запустить конституционную реформу в Сирии.

Сергей Лавров, министр иностранных дел России:

— Совместно с партнерами по Астанинскому процессу, Ираном и Турцией, влиятельными арабскими государствами, соседями Сирии мы постарались сделать это мероприятие максимально представительным исходя из того, что только народ Сирии вправе определять будущее своей страны.

По оценкам ООН, за 7 лет войны в стране погибло до 500 тысяч человек. Один миллион раненых. Более 4 миллионов человек стали беженцами. И еще 8 миллионов были вынуждены оставить свои дома и бежать от войны. Первая встреча по Сирии в Женеве прошла 6 лет назад. В дополнение к Женевской площадке в январе 2017 года был запущен Астанинский процесс. Его уникальность в том, что впервые за 6 лет за стол переговоров удалось посадить вооруженную сирийскую оппозицию.

Ферас Аль Мардини, сирийский журналист:

— Мы не ожидаем, что конгресс в Сочи будет таким же результативным, как Астанинский процесс. Но здесь важна хотя бы готовность воюющих сторон договариваться. Помните, когда был первый раунд в Астане – вооруженная оппозиция не хотела участвовать. Но затем все стороны удалось убедить в эффективности дипломатических переговоров.

Сами сирийцы называют главным успехом Астанинской площадки создание четырех зон деэскалации. С этого момента жить в стране, где идет война, стало намного легче, говорят они.

Ферас Аль Мардини, сирийский журналист:

— Мы вспомнили, что такое мирная жизнь, перестали бояться обстрелов, оживилась торговля, люди поверили в будущее. А самое главное, у сирийской армии появились условия, чтобы продолжить освобождение других городов от ТГИЛ. Освобождение Дейр-эз-Зора – хороший пример.

Халид Абдурахман, политолог:

— Я считаю, Астанинский процесс самой эффективной площадкой переговоров по Сирии из тех, что вообще проводились. Ведь по сути, пока самое важное решение, принятое в ходе урегулирования сирийского конфликта – это создание четырех зон деэскалации. Кроме этого практических решений еще не было. Здесь на Конгрессе, я надеюсь, стороны договорятся по сирийской Конституции.

Особую роль Казахстана как посредника в сирийском урегулировании отметили многие участники Конгресса. По мнению одного из ведущих российских экспертов по Ближнему Востоку Виталия Наумкина, Казахстан — авторитетный игрок на евразийском пространстве, пользуется доверием одновременно стран Запада и исламского мира. Поэтому Астанинская площадка позволяет привлечь к диалогу большинство участников сирийской мозаики.

Виталий Наумкин, научный руководитель Института востоковедения РАН:

— Для обсуждения вопросов военного характера —  прекращения боевых действий, обмен военнопленными, освобождение политзаключенных, острые вопросы, разминирование — это все на Астанинской площадке обсуждается, то, что в деталях не могут обсуждать на Женевских переговорах.

Аслан Рубаев, политолог, главный редактор «Polit-Science»:

— Казахстан зарекомендовал себя как надежный партнер, это очевидно, и РФ дорожит таким союзником, и Китай, и Соединенные Штаты, и Европа. Я думаю, они сделают все для того, чтобы следующий этап Астанинского процесса стал гораздо эффективнее. Не получится договориться здесь, потому что нет оппозиции, нет курдов, нет тех людей, которые должны были быть, без них невозможно договариваться.

Над новой Конституцией Сирии будут работать исходя из принципов суверенитета, единства и территориальной целостности страны.

Дана Нуржан, Александр Любителев

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here