Проходит время после страшной Кемеровской трагедии, боль от которой была такова, что неуместными и циничными казались любые политические сентенции на эту тему. И все, кто еще не окончательно распродал свою душу и совесть, чувствовали это, скорбя по погибшим детям, как по своим.
Но именно в эти дни губернатор Кемеровской области повел себя так, что даже человеку журналистской профессии оказывается сложно подобрать корректные и цензурные определения.

Потрясенный, обезумевший от горя народ был назван «вороньем и бузотерами». И нет, губернатор не вышел к народу, что бы просить прощения у людей, прощавшихся со своими умирающими детьми по телефону. Он просил прощения у Путина. Единственная ответственность ,которую за собой признает Тулеев, это ответственность перед Путиным. Единственный грех, в котором покаялся Тулеев — омрачение начала нового президентского срока Путина. Можно предположить, что если бы Владимиру Владимировичу была безразлична судьба людей и общественное мнение, Тулеев с чистой совестью ел бы детей на завтрак ,и не считал нужным извиняться. Тем более в эту версию легко поверить, глядя на физиономию самого Амана Гумировича.

Несет ли губернатор ответственность за гибель детей? Разумеется несет, поскольку всегда должен существовать баланс между властными полномочиями и мерой ответственности. Конечно же, чиновничество в России давно привыкло к тому ,что восхождение по иерархической лестнице как раз от ответственности тебя отдаляет. И по цепочке виновных, от чоповца, выключившего сигнализацию, до губернатора, по мысли российского чиновника, ответственность постепенно сходит на нет, примерно на уровне заместителей.

Только хотя бы теперь мы должны понять, что это не так. Тулеев — это сотни спящих, отложенных трагедий по всему региону. Тулеев — это тысячи чоповцев-идиотов, тысячи запертых эвакуационных деверей, купленные фальшивые проверки, искрящаяся проводка, зарубежные собственники горючих душегубок. Всё это Аман Тулеев. И если пока что на его совести одна «Зимняя Вишня», то только потому ,что еще не все условия совпали в другом месте, а это дело случая и времени.

С 1997 году Аман сидит в своем ханском кресле. Это ведь даже дольше чем Путин, буквально динозавр из доисторической ельцинской эпохи, пришедший к власти тогда, когда к ней приходили самыми омерзительными и преступными методами. И казалась жизнь Амана неизменной и вечной, как тенгрианское небо. На выборах 2015 года он набрал 96,69% голосов избирателей. То есть за него проголосовали практически все, с небольшой статистической погрешностью. Всё вот это «воронье и бузотеры», которое вдруг решило спросить с солнцеликого Амана за огненную гекатомбу, но вместо ответа получило только презрение небожителя. Но таков закон справедливости и чести, что руководитель несет ответственность за все, чем больше тебе дано, тем больше с тебя и спросится. Очень вероятно, что после смерти, которой Тулееву ждать осталось не то чтобы долго, он окажется в том самом кинозале, объятом огнем, откуда уже не будет выхода. Никогда. И если бы он хотел избежать подобной участи, то стоял бы перед толпой на коленях, и умывался слезами в горьком раскаянии.

Еще большим глумлением над трагедией, или может быть проявлением старческой деменции, выглядело решение Амана Тулеева отправить в отставку вице-губернатора Алексея Зеленина и главу департамента внутренней политики Нину Лопатину. Это представители внутриполитического блока, чья сфера деятельности никоим образом не касается инфраструктуры, и не подразумевает ответственности за трагедию. Между тем, еще с 2017 года хан держал на этих двоих сотрудников обиду за то, что они не опровергли слухи о его болезни. Свести личные счеты, пользуясь трагедией, назначить кого-попало козлами отпущения, это была еще одна ошибка, красноречиво характеризующая одиозного главу региона.

Нет, нам не хочется дестабилизировать ситуацию, как говорил Аман и его заместители, нам просто хочется успокоить убитых горем людей, хочется самим как-то пережить, отрефлексировать случившуюся трагедию. Но для этого нам нужно отмщение, возмездие. И жертвой этого возмездия неминуемо должен быть Тулеев. Высота, на которую был вознесен Аман, должна была стать высотой его падения, и падение это должно было быть таковым, что бы в каждом растерзанном горем, разгневанном сердце появилось мирное чувство отмщенности и справедливости.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here